Сценический диалог с Александром Олешко (12.11.17)

Автор Марина Максименко

На занятие я опоздала, пропустив теоретическую часть. И тем не менее хочется оставить в памяти этот вечер с новым для нас, первокурсников, преподавателем.

Попала я сразу к упражнениям, и по ходу дела смогла собрать по кусочкам основную идею теоретической части. Вербальное воздействие на партнёра – это последнее, к чему следует прибегать в игре. Так рождается интрига, энергия, глубина происходящего, и как следствие – интерес у зрителя.

Первое упражнение заключалось в том, что один человек стоял и доверял, а второй по всякому изучал возможности его тела, как будто впервые видит подобный механизм. Можно было, поднимать руку и отпускать её, чтобы она падала плетью (если не падала – значит первый не доверяет, а просто стоит), передвигать человека, закручивать. Получался эдакий танец. Трудно было быть на месте первого, избавиться от желания поучаствовать, помочь переместить себя куда-то, куда на самом деле партнёр не хотел, или поднять руку, при этом создавая в ней напряжение мышц. Хороший инструмент для того, чтобы прислушиваться к собственному телу в процессе воздействия, понимать желания партнёра, не предвосхищая его действия.

Потом мы обменивались воздействиями в парах, при этом нельзя было повторяться. Один, например, пожимал руку, другой – обнимал, первый – отталкивал, второй – дёргал за ухо. И так далее. Потом мы в этот обмен воздействиями добавили эмоциональный окрас. Обнимались нежно, а толкались хмуро. Потом надо было взаимодействовать таким же образом, но при этом составляя некий бессловесный диалог, имеющий смысл и цель. После упражнения мы рассказывали друг другу, кто и что имел ввиду. Я попала в тройку с ещё двумя девушками (не хватило пары), и у нас троих получились разные истории, хотя со схожим смыслом. Поэтому новое действие со стороны кого-то из нас вызывало искреннее недоумение у двух остальных. Очень интересный опыт! Полное включение в действие партнёра. Но требуется тренировка. Удивительно, как сильно до сих пор я доверяла словам, даже когда тело человека вопило о лжи или скрытом смысле.

Следующее задание – то же самое, но с добавлением тарабарского языка. И как-то сразу пропала глубина, и включённость стала меньше. Появились интонации голоса, которые легко понять, уже не так сильно требовалась выразительность тела. Потом мы снова поменялись, и теперь уже вместо тарабарского языка, мы общались числами.

И наконец, как выразился Александр, пришла пора переходить к низшей форме общения актёров на сцене – словами. Сначала мы вели диалог, перекрывая важность сообщений друг друга. Например, кто-то говорит, что потерял паспорт, другой отвечает, что продаёт квартиру и первому нужно съехать завтра, первый – что переезжает в Америку на прибыльную работу, второй – что первый будет работать на него. И так далее. Диалог получался весьма интересным. После этого упражнения мы начали общаться метафорами. Вот это было уже сложнее. Приходилось включать образное мышление, при этом улавливая суть разговора и поддерживая её. В этом упражнении рождалось много новых крылатых фраз и перлов:)

После этого мы перешли к обычным диалогам на сцене. Главные требования: импровизация, обозначение того, кто мы друг другу, цель, конфликт. У нас с сокурсницей был блестящий диалог, но абсолютно бесцельный. Уже который раз я настолько увлекаюсь поддержанию общей линии разговора, что забываю обозначить для неё вектор. И вспоминаю об этом только после финального хлопка. Вот что значит – привычка болтать ни о чём!

В заключение мы долго общались с Александром, вопросы не прекращались. Оказалось, что он ещё и психотерапевт по образованию. Видимо, поэтому возникало такое желание успеть спросить про всё на свете. И вообще этот человек производил какое-то успокаивающее воздействие. При этом постоянно поддерживая интерес. Очень благодарна за это занятие и важные для меня откровения и ответы!